О том, как расшифровать русский пейзаж рассказывает Марина Владимировна ПЕТРОВА, кандидат искусствоведения, научный сотрудник Государственной Третьяковской галереи

– Марина Владимировна, Вы исследуете русскую живопись. На Ваш взгляд, что определяет своеобразие русской художественной традиции?

– Своеобразие классических произведений заключается, прежде всего, в их мистериальности. Так Нестеров, например, соединяет реальное и ирреальное, соединяет небо и землю. Он не просто рассказывает: «Вот, посмотрите, таков жизненный путь Сергия Радонежского», но раскрывает смысл самого понятия: «А что такое труды преподобного Сергия, в чем их духовный смысл?» Как известно, на создание триптиха «Труды Сергия Радонежского»его вдохновила житийная икона. Однако художник не повторяет, не цитирует, не стилизует даже под нее. Нестеров раскрывает духовное домостроительство – обретение храма в душе. Это и есть самое главное.

– Как Михаил Нестеров передает ощущение другого, небесного мира?

– У Нестерова все очень просто. Он не выстраивает изображение в разных плоскостях, в разных пространственных сферах. Художнику достаточно изобразить Сергия Радонежского с ореолом. Так перед нами появляется уже канонизированный святой. В этом цикле картин (прим.: триптих «Труды Сергия Радонежского») Нестеров раскрывает и духовный смысл жития монашествующих, которые постоянно пребывают в послушании, смирении и молитве.

Труды преподобного Сергия Михаил Нестеров Триптих "Труды преподобного Сергия" 1896–1897 Холст, масло. 135 х 66 см, 135 х 133 см, 135 х 66 см Государственная Третьяковская галерея, Москва
МИХАИЛ НЕСТЕРОВ ТРИПТИХ «ТРУДЫ ПРЕПОДОБНОГО СЕРГИЯ» 1896–1897

– Расскажите, пожалуйста, подробнее о триптихе Нестерова, посвященном преподобному Сергию Радонежскому…

– В картине «Видение отроку Варфоломею» Нестеров соединяет разные временные ситуации. Причем художник преподносит это очень спокойно, без всяких пластических мудрований. В картине «Явление отроку Варфоломею» Нестеров изображает две фигуры: мальчика Варфоломея, будущего игумена земли Русской, и схимника, лица которого мы не видим. Перед нами уже канонизированный прославленный святой, окруженный светящимся ореолом.

Во второй картине этого триптиха «Юность преподобного Сергия» художник соединяет фигуру молодого Сергия Радонежского и храм, который возвышается прямо за его спиной. Причем, Нестеров ставит фигуру не справа и не слева, а прямо по центру. Возникает единый монолит, увенчанный крестом, что раскрывает духовный смысл жизни самого Сергия Радонежского. Художник говорит о том, что жизнь святого связана с церковью и наполнена послушанием, смирением и молитвой…

Михаил Васильевич Нестеров. Видение отроку Варфоломею, 1889—1890
МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ НЕСТЕРОВ. ВИДЕНИЕ ОТРОКУ ВАРФОЛОМЕЮ, 1889—1890

Картина, завершающая цикл, так и называется «Преподобный Сергий Радонежский». Художник создает образ, я бы даже сказала – портрет-памятник Сергию Радонежскому как игумену земли Русской, ее охранителю. Возникает собирательный образ земли русской, что очень важно.

– Сейчас нередко говорят о «православной живописи». Чем она отличается?

– Обычно считается, если художник написал пейзаж с церковью, то он уже православный художник, духовный художник, и так далее. Но этого еще явно недостаточно: храм в данном случае проявляется как памятник архитектуры, а действие-то самой церкви – где? Вот это самое главное. Большие мастера это умели. Они в этом жили.

– Это уже область духовная! Внутренний, сокровенный мир… наверное, он выражается через определенные символы?

– Все русское искусство зашифровано. Если мы не знаем христианской символики, то многие произведения мы так и не прочитаем. Например, Шишкин, художник, которого мы все хорошо знаем и любим, еще в студенческие годы записал в своем дневнике: «Живопись есть немая, но теплая и живая беседа души с природой и Богом». По христианской символике оказывается, что сухая ветка, сухое дерево, это – символ грехопадения человека, а зеленый куст и зеленое дерево – символ духовного возрождения. Когда мы с этой точки зрения посмотрим на пейзажи Шишкина, то поймем: его картины не столько о самой природе, сколько о времени, в котором жил художник. Болезненное состояние эпохи передается через образы лесного кладбища, бурелома, лесной глуши. При этом, изображая признаки больного общества, художник никогда не констатировал только сам факт, но обязательно давал путь спасения. Всегда.

– Таким образом, в своих произведениях великие художники показывают путь человека к Богу…

– В цикле М.В. Нестерова проявилась еще одна, очень важная особенность и его творчества, и всего искусства второй половины XIX века – исповедальность. Это не то же самое, что исповедь. На исповеди мы говорим о своих прегрешениях. А исповедальность – это когда художник раскрывает свою религиозную душу и наполняет этим откровением свое художественное произведение, независимо от сюжета. Неважно, что перед нами: библейский сюжет или пейзаж. Такая исповедальность – самая отличительная черта русского искусства второй половины XIX века. В этом смысле она и привнесла духовную полноту в русское искусство.

– А какое развитие обрела исповедальность в ХХ веке?

– Исповедальность была высшей точкой, высшей ступенью, достигнутой русским искусством в XIX веке. Если искусство представить в форме лествицы, то это не конечная ступень! Я подчеркиваю это обстоятельство, потому что, как известно, в октябре 1917-го года естественное поступательное развитие русского искусства было жестко и грубо остановлено.

– Поясните, пожалуйста, что значит «представить искусство в форме лествицы»…

– В письме одного из корреспондентов Карла Брюллова (1-ая пол. XIX в.) я нашла такое определение нового назначения художника в жизни общества: «Художник есть небесный проводник высокой жизни в человечестве. Это та божественная лествица, на ступенях которой нисходят и восходят мысли светлые, чувства глубокие. А на высоте ее утверждается Господь, ибо он же и Господь прекрасного». Если мы исходим из этого определения, то, конечно, искусство – это лествица.

– Интересно, а какая ступень предшествовала исповедальности?

– В чем своеобразие русской живописи? Духовность пришла в русское искусство не по мере прочного стояния на ногах, не по мере роста профессионализма. На основы христианской духовности русское искусство встало сразу, с этого оно родилось. Я могу привести очень много примеров. Вспомним художника XVIII века – Антона Лосенко, знаменитую его картину «Владимир и Рогнеда».

Антон Павлович Лосенко. Владимир и Рогнеда [1770]
АНТОН ПАВЛОВИЧ ЛОСЕНКО. ВЛАДИМИР И РОГНЕДА [1770]

О чем картина? – О христианской любви к человеку. Христианской! Если вы возьмете определение христианской любви, данное апостолом Павлом, и наложите на образ князя Владимира, то вы и поймете, о чем эта картина. Другой художник XVIII века – Григорий Угрюмов, его известная картина «Испытание силы Яна Усмаря» – о чем она? Силач, человек из народа, легендарный Ян Усмарь, схватился с быком и побеждает его. Все, вроде бы, привычно, кроме одного. Возникает вопрос: что на этом ристалище делает великий князь Владимир? Ему что, заняться больше нечем? Пришел посмотреть на эту схватку человека с быком? Все дело в том, что понятие исторической живописи тогда и вплоть до 1917-го года было очень широким и вбирало в себя сюжеты мифологические, собственно исторические, библейские и евангельские. Поэтому все исторические живописцы обязаны были знать и мифологическую и христианскую символику. Именно поэтому все русское искусство зашифровано. Если мы не знаем христианской символики, то мы многие произведения так и не прочитаем.

Григорий Угрюмов «Испытание силы Яна Усмаря», 1796 (7?)
ГРИГОРИЙ УГРЮМОВ «ИСПЫТАНИЕ СИЛЫ ЯНА УСМАРЯ», 1796 (7?)

 

Посмотрим еще раз на картину «испытание силы Яна Усмаря». Бык по мифологии – это символ темной силы, а в христианстве – символ страсти, необузданной и слепой. Вопрос: «Какой силой человек побеждает страсти в себе?» – Только духовной. И тогда становится понятным, почему здесь присутствует князь Владимир: он крестил Русь и тем самым русский народ обрел эту силу.

Еще один пример: известный пейзаж Шишкина «Среди долины ровныя». О чем картина? Шишкин, влюбленный в свой русский северный лес, в еловые, сосновые боры, здесь вдруг избирает только одно дерево на всю огромную долину. Дуб. И неслучайно. По христианской символике дуб обозначает Христа. А на самом горизонте художник изобразил церковь. Церквушка прописана одним-двумя мазками, которые напоминают замок, соединяющий воедино землю и небо. К дубу бежит дорожка. Дорога по христианской символике – это символ пути к Богу, она и ведет к дубу, то есть к Богу. Долина по символике, которую давали святые отцы – это символ нашей способности делать добро. И тогда получается, что путь спасения – это Христов путь к самому Богу. Вот о чем эта картина Шишкина.

Иван Иванович Шишкин "Среди долины ровныя"
ИВАН ИВАНОВИЧ ШИШКИН «СРЕДИ ДОЛИНЫ РОВНЫЯ»

Подобным образом зашифровано все русское искусство. Настоящий художник в своих картинах говорит: вот единственный путь спасения – путь к Богу. И показывает этот путь, а не выход вообще, никогда не призывает к революции.

– Вы говорили, что в 1917 году естественное поступательное развитие русского искусства было жестко и грубо остановлено. Получается, что традиция прервалась?

– Существует важная закономерность, которую не стоит забывать. Независимо от того, сколько десятилетий прошло с момента обрыва традиции, когда ситуация меняется и снимаются запреты, тогда искусство естественным путем возвращается к тем рубежам, на которых это развитие было остановлено. У художников это заложено в подсознании. Пока они не освоятся, не приобщатся к творческим достижениям прошлой эпохи, движения вперед не будет.

– Возможно, сейчас уже происходит преодоление этого разрыва?

Путь004
АЛЕКСАНДР ЛЕПЕТУХИН «ПУТЬ»

– Да, сегодня намечаются такие ростки. Не могу сказать, что это повсеместное явление, в большом масштабе, отнюдь нет, к сожалению. В изобразительном искусстве я знаю только двух художников, искусство которых отмечено высокой нотой исповедальности: Василий Бычков из Владимира и Александр Лепетухин из Хабаровска. Могу назвать только одну-единственную певицу, искусство которой отличается исповедальностью, независимо от того, что она

Александр Лепетухин "На пути в Эмаус"
АЛЕКСАНДР ЛЕПЕТУХИН «НА ПУТИ В ЭМАУС»

поет: духовные песнопения, романсы или русскую народную песню. Татьяна Юрьевна Петрова. Абсолютно убеждена, что такие явления есть и в современной литературе. Да, их немного. Но они уже есть. Все это дает надежду на духовное возрождение, на преображение всей нашей православной культуры.

Анастасия Чернова

Источник

Интересное:  Картины В. Васнецова (1848-1926)

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*