Духовной жаждою томим,
В пустыне мрачной я влачился,
И шестикрылый серафим
На перепутье мне явился.
 
Перстами легкими как сон
Моих зениц коснулся он:
Отверзлись вещие зеницы,
Как у испуганной орлицы.
 
Моих ушей коснулся он,
И их наполнил шум и звон:
И внял я неба содроганье,
И горний ангелов полет,
 
И гад морских подводный ход,
И дольней лозы прозябанье.
И он к устам моим приник,
И вырвал грешный мой язык,
 
И празднословный и лукавый,
И жало мудрыя змеи
В уста замершие мои
Вложил десницею кровавой.
 
И он мне грудь рассек мечом,
И сердце трепетное вынул,
И угль, пылающий огнем,
Во грудь отверстую водвинул.
 
Как труп в пустыне я лежал,
И бога глас ко мне воззвал:
«Востань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею моей
 
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей.»

1826

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах.
Санкт-Петербург: Золотой век, Диамант, 1997.

Поэт написал своего «Пророка» после одного из посещений Святогорского монастыря. В воспоминаниях А.О.Смирновой приводится эпизод, записанный со слов самого поэта, о том, как Пушкин, оказавшись в монашеской келье, увидел на столе Библию, открытую на 6-й главе Книги пророка Исаии. «Я прочел отрывок, который перефразировал в «Пророке». Он меня внезапно поразил, он меня преследовал несколько дней, и раз ночью я встал и написал стихотворение».
Ветхозаветного пророка Исаию, у которого особенно много пророчеств о Богочеловеке Иисусе Христе, называют ветхозаветным евангелистом.
Стихотворение «Пророк» позже назовут лучшим из тех, что были написаны поэтом прежде. Литературоведы станут разделять его творческое наследие на два этапа и начнут отсчитывать период «зрелого творчества» гения русской словесности.

Интересное:  Нам не дано предугадать..(Тютчев)

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*